По данным недавно опубликованного ежегодного доклада Всемирной ассоциации ветроэнергетики (ВВЭА), мировая ветроэнергетика завершила 2025 год с рекордными показателями роста. При этом в документе отдельно обозначена роль морской ветроэнергетики как одного из ключевых направлений, способных определить темпы глобального энергетического перехода в ближайшие десятилетия, — хотя именно этот сегмент пока остаётся наиболее уязвимым звеном всей отрасли.
На фоне общего рекорда — 169 гигаватт новых вводов за год — морская ветроэнергетика выглядит скромно. Доклад фиксирует, что основной прирост мощностей по-прежнему обеспечивается наземными установками. Офшорный сектор развивается значительно медленнее, сталкиваясь с комплексом проблем, характерных именно для морских проектов: высокой капиталоёмкостью, сложной логистикой, уязвимостью к геополитическим и регуляторным потрясениям.
Наиболее болезненный удар по отрасли морской ветроэнергетики нанесла политика американской администрации. Согласно докладу, власти США не только объявили, но и практически реализовали меры, направленные против новых ветропарков, — в том числе отозвали ранее выданные разрешения на строительство морских объектов и предложили финансовые компенсации девелоперам, готовым отказаться от реализации проектов морских ВЭС. Это решение вышло за рамки внутренней политики: оно дестабилизировало международные цепочки поставок и создало атмосферу неопределённости для инвесторов и производителей оборудования по всему миру. Офшорная ветроэнергетика, требующая особенно длинного инвестиционного горизонта, оказалась крайне чувствительна к подобным сигналам.
Европа, традиционно считавшаяся мировым лидером в офшорном сегменте, демонстрирует смешанную динамику. Доклад отмечает, что ряд крупных европейских рынков — Великобритания, Испания, Польша — показали в 2025 году более слабые результаты, чем годом ранее. Великобритания, один из мировых лидеров по установленной морской мощности, зафиксировала рост всего на 3,1% против 6,4% в 2024 году. Нидерланды, располагающие развитой офшорной инфраструктурой, прибавили лишь 123 мегаватта при суммарной установленной мощности почти 12 гигаватт — фактически стагнация. В целом, по оценке ассоциации, Европа постепенно утрачивает позиции технологического лидера, отступая под давлением ядерного и газового лобби, тогда как Китай занимает освобождающееся пространство.
Китай между тем активно осваивает и офшорное направление, хотя основные его рекорды 2025 года связаны с наземной ветрогенерацией. Показательно, что китайские компании, по данным доклада, перешли к новой модели международной экспансии: они не просто экспортируют ветротурбины, но и открывают производства за рубежом. Это глобально меняет конкурентную среду в секторе морской ветроэнергетики — китайское оборудование становится доступнее для стран, прежде ориентировавшихся на европейских поставщиков.
Индия, ставшая в 2025 году вторым по объёму новых вводов рынком в мире, пока реализует этот потенциал исключительно на суше. Однако доклад особо указывает, что офшорная ветроэнергетика в стране находится на стадии подготовки к старту и ожидается в ближайшие несколько лет. Индийское побережье располагает значительным ветровым потенциалом, а государство формирует соответствующую нормативную базу — этот рынок рассматривается как один из наиболее перспективных для офшорного сектора в среднесрочной перспективе.
Австралия, занимающая 12-е место в мире по суммарной установленной мощности ветроэлектростанций, в 2025 году добавила лишь 94 мегаватта — преимущественно наземных ВЭС. Первое полугодие оказалось практически заморожено: ни один проект не достиг финансового закрытия. Тем не менее правительство внесло поправки в законодательство, которые участники рынка расценивают как благоприятный сигнал для инвестиций в возобновляемую энергетику в целом, включая морское направление. Целевой показатель — 82% возобновляемой генерации к 2030 году — предполагает, что без масштабного освоения офшорного потенциала не обойтись.
Одним из структурных барьеров для отрасли морской ветроэнергетики остаётся длительность согласования проектов. По данным ВВЭА, средний срок прохождения разрешительных процедур превышает пять лет, а в ряде юрисдикций достигает десяти лет и более. Для морских проектов, требующих дополнительных экологических экспертиз, согласования с морскими ведомствами и оценки воздействия на судоходство и рыболовство, этот срок нередко оказывается ещё длиннее. Ассоциация настаивает на сокращении цикла согласования до двух лет — без этого, по её оценке, достижение глобальных климатических целей невозможно.
Отдельный резерв для сектора морской ветроэнергетики — репауэринг, то есть замена устаревших установок. Более 400 гигаватт мировых ветромощностей отработали свыше десяти лет. Применительно к морским объектам репауэринг особенно привлекателен: уже готовая морская инфраструктура — фундаменты, кабели, подстанции — позволяет при замене турбин на современные модели кратно увеличить выработку без освоения новых морских акваторий. Однако регуляторные барьеры пока сдерживают этот процесс во многих странах.
Выход на долгосрочную цель в 10 000 гигаватт суммарной ветромощности к 2050 году, по расчётам ВВЭА, потребует ежегодных вводов в 300-400 гигаватт. Достичь этих объёмов без масштабного развёртывания офшорной генерации не представляется возможным — прибрежные и морские акватории располагают ветровым ресурсом, несопоставимо превышающим возможности суши во многих густонаселённых регионах мира. По оценке ассоциации, именно морская ветроэнергетика вместе с репаурингом наземных парков ВЭС должна обеспечить значительную часть этого прироста — при условии, что правительства создадут необходимую нормативную и инвестиционную среду.
